Неординарные преступники и преступления. Книга 2 - Алексей Ракитин
Брэнтли Митчелл, ближайший друг и помощник Фрэнка Холловэя в его криминальных делишках.
Рано утром 10 декабря невысокий подросток в рабочих зелёных штанах на широких помочах, сжимавший в руках две корзины c какими-то бумажными пакетами, приблизился к чёрному ходу интересующего полицию дома и деликатно постучал в дверь. Женщина открыла ему, он прошёл на кухню, поставил корзины и… быстро зажав женщине рот, вынес её из дома. Вынес в прямом смысле, как выносят мешок картошки…
Через секунду в кухню ворвалась дюжина полицейских в форме и в штатском с дубовыми дубинками в одной руке и револьверами в другой. Начался захват джентльменов в красивых пальто…
Мужчины, спавшие в комнатах первого этажа, были схвачены ещё до того, как успели продрать очи. И лишь человек, занимавший мансарду наверху, успел сообразить, что происходит нечто подозрительное, запрыгнул в ботинки и резво вышел через окно. Прямо как был в пижаме — так и вышел! Пролетев по широкой дуге около шести метров, мужчина упал на газон, перевернулся кувырком, вскочил на ноги и резво пустился наутёк. Полицейские из оцепления увидели и услышали его, раздались крики и предупредительные выстрелы. Мужчина выстрелил в ответ — стало ясно, что он вооружён.
Иллюстрация из газетной статьи, поведавшей жителям Мемфиса о событиях утра 10 декабря. Стрелка указывает на окно мансарды, через которое вышел «Кинни» Берген. Пролетев порядка шести метров, он благополучно приземлился и дал бой поджидавшим его полицейским из оцепления.
Полицейские пытались его преследовать, но мужчина в пижаме был очень мотивирован к побегу, а потому схватить его «копы» не смогли.
Быстрая перекличка показала, что в руки «законников» попали Фрэнк Холловэй, Брэнтли Митчелл, «Текс» Уоллес и супруги МакКой. А побег через окно, соответственно, совершил Берген.
Собрав вещи гангстеров, полиция уже через полчаса покинула дом. Вместе с полицейскими уехали и закованные в наручники бандиты. Глядя со стороны, можно было подумать, что постройка опустела, но подобное умозаключение было ошибочно — в доме была оставлена засада из шести человек. Декабрь в Мемфисе был по российским меркам очень тёплым — температура колебалась в районе +7°— +8° по Цельсию — однако полицейские весьма здраво предположили, что для беглеца в пижаме такая температура окажется некомфортной и тот пожелает возвратиться, чтобы поискать вещички, которыми можно будет утеплиться.
Расчёт полностью оправдался — примерно через 2,5 часа после побега «Кинни» Берген приблизился к дому и попытался проникнуть в него сначала через дверь из кухни во двор, а затем через окно. Пока он возился с подъёмной рамой, полицейские тихонько вышли на улицу, обошли дом и одновременно появились с разных сторон. «Кинни» вскинул руку с зажатым в ней револьвером, но не успел выстрелить — четыре пули из пистолетов полицейских оборвали его бесполезную и явно подзатянувшуюся жизнь. Как там поётся в старой песне: «Не ходил бы ты, Ванёк, во солдаты», — так кажется? Не ходил бы ты, «Кинни», в грабители…
История с разоблачением опасной банды, готовившей нападение на судебных маршалов, вызвала вполне понятный интерес жителей Соединённых Штатов. О произошедшем в Мемфисе написали многие газеты, причём даже в штатах, весьма удалённых от Теннеси. Случившееся отдавало водевильным сюжетом, а сами преступники казались немного комичными, но подобная оценка вряд ли была справедлива — эти люди являлись, безусловно, очень опасными и могли натворить немало бед, если бы только дело дошло до реализации их замыслов.
Само собой, имелись большие вопросы и к Эрнесту Нолину, и в целом к кадровой политике полицейского руководства Мемфиса. Эрнест был отстранён от службы на время проведения внутреннего расследования, которому предстояло разобраться в скрытой подоплёке действий опасной банды.
Газетные публикации декабря 1912 года, посвящённые разоблачению банды Фрэнка Холловэя, обещали интригу: «Сражение в Мемфисе вскрыло заговор с целью освобождения заключённого», «Предполагаемая банда грабителей поймана» и так далее…
Впрочем, никаких особых сенсаций разоблачение банды не принесло. Эрнест Нолин успешно отбил все подозрения в свой адрес, заявив, будто умышленно заманил своего двоюродного братца в Мемфис, дабы арестовать его самого и прибывшую с ним банду. А то, что действовал он в тайне — так это же легко объяснимо, на то она и конспирация! Если бы он рассказал о своём замысле руководству, то с большой долей вероятности преступников кто-нибудь предупредил бы, и они бы скрылись. Не зря же старинная мудрость гласит: хочешь сделать что-то хорошо — делай это сам!
В общем, детектив вернулся на службу и продолжил свою истовую борьбу на ниве служения обществу. Его младшего братца Деггса судебные маршалы благополучно довезли до Омахи, где тот предстал перед судом и получил полтора года лишения свободы. Суд учёл его помощь Закону в разоблачении опасной банды.
Фрэнк Холловэй, кузен братьев Нолин, сообразив, что те его предали, быстро сориентировался в обстановке и рассказал в суде историю о том, что вёл с Эрнестом Нолином переговоры о сдаче властям с повинной. Для этого он обещал передать полиции подельников, что и сделал, приехав в Мемфис с членами банды. Он, дескать, вообще планировал покончить с преступным прошлым и именно по этой причине запретил друзьям нарушать закон, пока ведутся переговоры… А эти дурачки Брэнтли Митчелл и «Кинни» Берген его не послушали и отправились грабить местных жителей, отчего бедолага Джулс Штиффен и пострадал.
Суд, правда, этой говорильне не поверил, так что Холловэй всё-таки отправился в мрачное место, в котором небо в клетку, а друзья — в полоску, но сам ход мыслей опытного гангстера заслуживает быть отмеченным. Друзья его за единственным исключением тоже отправились по тюрьмам, но вот «Тексу» Уоллесу свезло. У него в момент ареста не оказалось оружия, то есть вообще никакого! Среди его вещей не было найдено ничего, что можно было бы признать оружием — ни пистолета, ни ножа, ни кастета, ни кистеня — ни-че-го! Скорее всего, опытный гангстер предусмотрительно спрятал его где-то вне дома, поскольку он не мог выехать на «дело» невооружённым, но связать преступника с оружием прокурор не смог. Уоллес просто заявил, что в Мемфисе оказался совершенно случайно, приехал в Теннеси один, ничего о намерениях товарищей не знал и, вообще, они ему не товарищи — он с ними просто в карты играл и собирался уже днём 10 декабря уехать, да вот полиция его задержала. А так… мимо проходил, неужели не понятно?!
В общем, Уоллеса отпустили, но, говоря объективно, быть может, ему было бы лучше
